Бизнес, построенный на близком союзе с чиновниками – это дом, построенный на песке, дом непременно падет, а бизнес непременно будет разрушен или отнят.

И вся новейшая история бизнеса в Азербайджане тому доказательство. Но что делать, если всякий крупный бизнес в стране только и может возникнуть в результате сговора бизнесменов с отдельными нечистыми на руку чиновниками?

Атака на Аккорд

Первый Аккорд

В 2005 году я создал «Строительно-промышленную и инвестиционную корпорацию Аккорд». За плечами у меня уже был опыт продажи всего, от жвачек и газировки до гранитных плит. Через несколько лет «Аккорд» стал самым крупным строительным холдингом и одной из крупнейших несырьевых компаний в новейшей истории Азербайджана. Как я этого добился? Конечно, можно сказать, что все дело в моих связях с руководством республики.

Европейская ипотека в Азербайджане

Я быстро понял, что дорогие дома будут уходить только на взятки. разрешения на строительство каждого дома обходились в 30% стоимости дома. И это не предел. Да и массовым спросом элитное жилье не пользовалось. Богатство было сосредоточено в руках узкой группы чиновников и приближенных к ним бизнесменов, заметной прослойки среднего класса в стране не появилось.

Совместно с крупнейшим в Республике Международным Банком Азербайджана и лично Джахангиром Гаджиевым (отбывает срок по сфабрикованному уголовному делу) «Аккорд» разработал и запустил собственную ипотечную программу для приобретения жилья эконом-класса «Моргич». Идея заключалась в том, чтобы обеспечить жильем европейского уровня обычных азербайджанцев, людей со скромным достатком: вчерашних студентов, бюджетников, рядовых клерков, самозанятых – в общем широкие слои населения. Первоначального взноса вообще не было. Ежемесячный платеж составлял около 215 долл. Вскоре после старта единственной в стране доступной ипотеки выручка и стоимость «Аккорд» буквально взлетела. Спрос превышал предложение в десятки раз.

Государственная ипотечная система практически не работала и конкурировать с предложением «Аккорда» не могла, да и не хотела. Глава национального банка Эльман Рустамов жаловался на меня президенту Азербайджана: пытался представить мой бизнес как финансовую пирамиду. Безуспешно. Президент меня хорошо знал, ведь едва ли не каждые два месяца мы вместе с ним открывали то новую дорогу, то мост, возведенные силами Аккорда. Впоследствии тот же Эльман Рустамов выкупал у меня готовые ипотечные портфели и распределял между банками Азербайджана.

Откаты и ведущие мировые стандарты

Говоря об Аккорде, очень важно понимать: это была компания, сочетавшая несочетаемое, парадоксальная компания. С одной стороны, в основе бизнеса были связи связи с семьей Президента и руководства Республики, генпрокурором и другими чиновниками, откаты и взятки за разрешения, доходившие до 30% стоимости объекта.

Тут я сразу хочу расставить все точки над i. В эти игры я залез не добровольно. Я никогда не гнался за нерыночными привилегиями и неконкурентными преимуществами. Даже наоборот. Весь мой путь в бизнесе до Аккорда говорит о том, что я привык рассчитывать только на себя. Но специфика строительного бизнеса, которым я тогда грезил, такова, что без официальных бумаг, гос.разрешений и допусков, вам никто не даст возвести никакое сооружение, тем более крупное. И выдают эти разрешения чиновники. В Азербайджане, как и в России, это огромный сегмент экономики, непрозрачный, нечистый, замешанный именно на откатах и взятках, на неформальных договоренностях с большими начальниками.

Так что, можно сказать, что в моем случае сама специфика бизнеса предопределила его характер. Но в то же время, что удивительно, у меня в голове жил другой, отдельный от реальности образ будущей компании. Этот образ был совершенно был не тождественным, даже противоположным тому коррупционному фундаменту, на котором стоял Аккорд. Я строил компанию европейского, мирового уровня, соответствующую ведущим стандартам в области строительства. Это был диссонанс, который я ощущал очень остро. Но достижения у Аккорда действительно были.

Аккорд и я – долларовые миллиардеры

Мало того, что компания собрала целую «грядку» различных премий и наград в области строительства. Назову лишь некоторые из них. В 2012 году «Аккорд» был награжден Золотым Призом «Европейское Качество 2012» Международной Коммерческой Ассоциацией BİD. В апреле 2012 года «Аккорд» также стал обладателем Международной Премии «Caspian Energy Integration Award - 2012», учрежденной Каспийско-Европейским Интеграционным Деловым Клубом (CEIBC) в номинации «Строительная компания года».

Дело ведь было не только в призах. Завоевав строительный рынок Азербайджана, «Аккорд» повел экспансию в другие страны региона, начал выигрывать контракты и строить жилые дома, дороги и развязки в Грузии, Украине, Казахстане, Узбекистане и Турции.

В 2008 году, через три года после основания компании, аудиторы из американского фонда Kazimir оценили совокупную стоимость «Аккорд» в 4 млрд долл. Так я, как владелец компании, неожиданно превратился в долларового миллиардера.

Разумеется, такой успех не остался незамеченным. Мой негласный партнер, прокурор Гаралов, начал все активнее приглядываться к успехам компании и к неудачам тоже.
Ему был нужен только повод и он нашелся (ссылка на главу про жену и церковь).

Коррупция

Мой тайный компаньон и по совместительству генеральный прокурор Азербайджана Закир Гаралов (выполнял роль моста между мной и семьей Алиева и другими коррумпированными чиновниками) любил играть в бизнесмена. Гаралов часто устраивал Аккорду проверки, конечной целью которых было поймать меня за руку. Он, как и всякий лицемер и стяжатель, видя в окружающих собственные пороки, подозревал меня в нечестной игре. Думал, что я вывожу деньги налево, в нашем случае «налево» – это мимо него.

Формальным поводом стала «пропажа» 100 млн долларов, которые мы на самом деле передали через Бейляр Муаллима семье президента в качестве очередного отката от строительства. Без сомнения, Гаралов это знал, не мог не знать. Но уличив наилучший момент, когда градус недовольства мною наверху был максимально высоким, он начал против Аккорда аудиторскую кампанию ценою в мой бизнес.

"Аудит" продолжался аж целых 2 года. Проверяющие буквально поселились и начали жить в офисе «Аккорда». Меня нужно было в чем-то уличить. Не найдя реальных злоупотреблений или хищений, они не придумали ничего умнее, чем начать вмешиваться в бизнес-процессы, управлять. Это был нонсенс. Правительственный чиновник, руководитель управления по борьбе с коррупцией Ильгар Абасов проверял «Аккорд» и одновременно отдавал менеджменту компании управленческие распоряжения, которые рано или поздно привели бы к успеху его проверки.

Прокуратура – новый офис Аккорда

Всю жизнь я считал, что каждый должен быть на своем месте и заниматься тем, что у него получается лучше. Силовики, вставшие у руля «Аккорда», лучше всего умели коррумпировать, угрожать, незаконно сажать, вымогать взятки, но не управлять успешным бизнесом. Их идиотская деятельность приводила к крупным убыткам.
Не думая о состоянии компании, они начали производить дорогостоящие закупки и перевооружение, чтобы впечатлить Президента. Некогда прибыльные предприятия превращались в убыточные. Видя, как они уверенно ведут дело моей жизни к краху, я начал открыто протестовать и конфликтовать с Гараловым.

Довольно быстро я почувствовал слежку. Телефоны прослушивались. Думаю, они искали любую зацепку, что угодно, чтобы сфабриковать против меня уголовное дело, которое могло стать козырем в конфликте. Тогда компанию можно было бы забрать за бесценок и я вынужден был бы пойти на любые условия. На тот момент я оценивал активы Аккорда в $1 млрд., а портфель заказов еще в $1 млрд и 700 млн.

В июле 2010 года, сразу после моего дня рождения, генеральный прокурор вызвал меня к себе. К тому моменту генеральная прокуратура превратилась в офис частной компании «Аккорд». То и дело устраивались собрания совета директоров. Генеральный прокурор республики, словно подросток, играющий в «Монополию», играл в мой бизнес, о котором понятия не имел.

Новый разговор со мной он начал с того, что моя жена всё ещё посещает христианскую секту, а я эту секту спонсирую. Этого в формально светской, но фактически мусульманской стране допустить нельзя. Он предупреждал, но я не понял. Да, да! Вот так просто на основании мнимого конфликта религиозных убеждений можно объяснить человеку, почему его собственность больше не должна ему принадлежать. В противном случае – может случиться что угодно, например, самоубийство в тюрьме или несчастный случай на воле.

В общем из беседы стало ясно: если я хочу остаться в живых, на свободе и с деньгами, то должен отойти от дел и переписать долю в 51% в компании на семью президента Алиева. Их доверенным лицом и подставным владельцем становился Ашраф Камилов, председатель наблюдательного совета ATA Holding и основатель Synergy Group. Его курировал министр по налогам, на то время этот пост занимал Фазиль Мамедов. Мне были даны обещания регулярных ежемесячных выплат ($100 тыс.), а также часть – 25% – общей прибыли Аккорда по итогам года. Пока они не передумали я согласился, взял билеты и переехал с семьей жить в Швейцарию.

Вывод

Опыт Аккорда научил меня тому, что с государством нельзя играть в азартные игры, тем более если играешь на его стороне. В Азербайджане абсолютное большинство компаний, построенных на связях с чиновниками, рано или поздно сталкивается с репрессиями в отношении своих владельцев. Об этом говорит пример десятков известных предпринимателей Азербайджана, построивших свой бизнес по этой модели: Джахангира Гаджиева, Низами Пириева (соучредитель нефтехимической компании «PNN Group») и других. Казалось бы, обжегшись на молоке, дуют на воду. Но я в точности повторил свой путь в других условиях, уже в Москве.